Ул. Найманбаева, 110, каб. 220. Тел. (8-7222) 674-000.  webmaster@semsk.kz  

 
 О компании  Услуги  Статистика  1С: Предприятие 7.7

 

 
НАШ ГОРОД
Новости
Фоторепортажи
Архив новостей
О Семипалатинске
Интернет-карта
Форум  
Гос. закупки
Недвижимость  

УСЛУГИ
Телефонная связь
Подключ. к Интернет
Передача данных
Разм. информации
IP карты
Карты оплаты

КОМПЬЮТЕРЫ
Вирусы
Программы
Сообщи SMS

РАЗВЛЕЧЕНИЯ
Гороскоп
Галерея Валледжо
Галерея Келли


Рейтинг@Mail.ru



.
Нам не за что краснеть

На протяжении ряда лет имена всех членов первых экипажей атомных подводных лодок были практически неизвестны. Информация о них хранилась в архивах военно-морского флота под грифом «Совершенно секретно». С развалом Союза ситуация изменилась. Теперь наши герои могут открыто рассказывать о своей службе и о тех подвигах, которые они когда-то совершили. В День военно-морского флота корреспондент «НД» встретился с семипалатинцем старшим лейтенантом в отставке Билялом Мукашевым, единственным казахстанцем, чье имя занесено в книгу Почета подводников ВМФ СССР.

- Билял Мукашевич, как вы оказались на флоте и с чего началась ваша служба?

- В 1959 году я оказался в числе призывников военно-морского флота. Пройдя медицинскую комиссию в Ленинграде, нас, группу новобранцев, отправили в закрытый город Кронштадт – военно- морскую крепость, основанную в далеком 1763 году еще Петром I. Находится она на острове в 29 км к западу от Ленинграда. Там на протяжении 8 месяцев мы проходили обучение в электромеханической школе им. Железнякова по специальности – трюмный машинист и водолаз с глубиной погружения до 20 метров. После окончания учебы и сдачи экзаменов мы вновь проходили медкомиссию, но уже в военном госпитале. Тогда никто из нас не задумывался, с какой целью так тщательно проверяют наше здоровье. Через неделю меня отправили в Северодвинск. Только по прибытии в этот город и стало известно, что мы попали в школу подготовки специалистов для атомных подводных лодок. Тогда мы были молодые и наивные, нам и в голову не приходило, насколько опасна такая служба и какой вред она нанести может здоровью. Поэтому все ребята приняли эту новость восторженно, на ура. Никакого страха никто тогда из нас не испытывал. Напротив, хотелось побыстрее оказаться на лодке.

- Наверное, вы хорошо помните тот день, когда впервые оказались на атомной подводной лодке?

- Конечно. Военный катер доставил нас до совершенно-секретного в то время места – бухты «Западная лица». Именно там размещалась первая бригада атомных подлодок в Советском Союзе. В то время в составе бригады было всего четыре подлодки. Я по распределению попал на К-8, третью по счету лодку построенную в СССР. Трое других ребят, прибывших со мной, оказались на первом ракетоносце К-19. День, когда я впервые спустился на подлодку, не забуду никогда. От увиденного я за голову схватился. Жуткая теснота, механизм на механизме, узкий коридорчик, в котором, кажется, не разойтись и двум встречным. Как сейчас помню: сижу в каюте на втором этаже и думаю : «Все, конец тебе, Мукашев!». Я был уверен, что никогда не освою множество этих механизмов. В этот момент в каюту зашел инженер-капитан Махмут Джанзаков, родом из Оренбурга, и обратился ко мне: «Ну что, как дела?» Я в ответ: «Лучше не спрашивай! Разве я смогу со всем этим разобраться?». Надо отдать должное капитану, он оказался чутким и отзывчивым человеком и поддержал меня. В первые дни службы я был дублером. Погружение, всплытие, торпедная атака, запуск или остановка механизмов выполнялись мной под чутким руководством капитана. Через несколько месяцев службы о страхе мы уже не вспоминали. Команды нужно было выполнять ежесекундно. Времени думать или бояться не было. Члены экипажа были сильны духом – это подтвердилось и тогда, когда на К-8 произошла авария. В 1960 году при выполнении ответственного задания – прохождения подо льдами Северного Ледовитого океана в Норвежском море случилась разгерметизация парогенератора с утечкой радиоактивных элементов. Экипаж получил серьезнейшее облучение. У ребят волосы выпадали пучками, поэтому многим из них пришлось подстричься наголо. Я не знаю, каким образом у меня еще сохранилась шевелюра, наверное, большое значение имеет то, что я родился и вырос вблизи Семипалатинского ядерного полигона. Мои сослуживцы тогда смеялись, приговаривая: «Что, Билял, радиация тебя не берет?» Другая серьезная авария произошла уже на атомоходе под командованием Н. Затеева. Нашей команде пришлось участвовать в спасательных работах. Несмотря на то, что я в течении целого месяца промывал аварийный атомный реактор, мне удалось спастись и на этот раз. Бог меня миловал! В феврале 1962-го мы прибыли на машиностроительный завод Северодвинска. После ремонта подлодки нам предстоял очередной выход в море. Но я принял решение демобилизоваться.

- А что случилось с К-8 после того, как ваша служба на ней закончилась?

- Об этом я узнал по истечении долгих 23 лет. В 1970 году моя родная подлодка участвовала в крупнейших маневрах ВМФ СССР под кодовым названием «Океан». Тогда-то она и затонула. На ее борту остались 58 человек. Всего шести морякам удалось спастись, остальные в том числе и двое моих друзей – сверхсрочников - мичманы Мартынов и Петров – погибли. Это была первая катастрофа на советском атомном подводном флоте. Имена героев, которые посмертно были удостоены государственных наград, долгое время не подлежали разглашению. О них знали только те, кто имел непосредственное отношение к трагедии или к расследованию случившегося. Только в 1993 году эта информация дошла до общественности.

- Билял Мукашевич, во время вашей службы бывали ли моменты, когда хотелось все бросить и вернуться домой?

- Мы воспитывались в совершенно другое время, поэтому представители нашего поколения совсем не такие как современные молодые люди. Не помню ни одного случая, чтобы кто-то жаловался или просился домой. В то время такого не было: не хочу, не буду, не по мне. Мы знали, что это наш долг и несмотря ни на что мы должны выполнить его. Признаться честно, когда на улицах Семипалатинска наблюдаю за современными парнями, то мне становится не по себе. И знаете почему? Отвечу откровенно, без утайки. Если вдруг что-то случится у нас, то они испугаются и будут сломя голову бежать отсюда. У них абсолютно не развито чувство ответственности, нет и малейшего понятия о патриотизме. Несколько раз наблюдал за нынешними солдатами. Молодой парень в военной форме не идет, а плетется по тротуару. Складывается впечатление, что эта форма для него как бремя, от которого он никак не избавится. А где же солдатская осанка, боевая выправка, выражение искренней гордости на лице? Сейчас срок службы один год. Но и за это короткое время ребята пытаются уйти в самоволку. На мой взгляд, – двенадцать месяцев это не служба. Как можно за это время привить какие-то определенные качества солдату, приучить его к дисциплине?

- Почему современные парни не походят на вас? Кого винить в том, что у них уже совершенно другие взгляды на жизнь?

- Знаете поговорку – что посеешь, то и пожнешь. Так вот, это как раз про нас. После распада Союза мы допустили несколько на мой взгляд серьезнейших упущений. При развале страны (имею в виду СССР) нельзя было отказываться от пионерских и комсомольских организаций, где детям и молодежи прививали лучшие человеческие качества. В наше время радио и телеперадачи носили исключительно патриотический характер. А что сегодня смотрят наши дети и внуки – триллеры и боевики, призывающие только к жестокости и агрессии. Рекламные щиты на улицах сияют табачно-водочной продукцией, а взрослые, в это время, не могут найти средства, чтобы отправить ребенка в другую республику на соревнования, например, по каратэ –до! Сейчас каждый думает о том, как потуже набить свою мошну, и только. Это единственное что беспокоит современных людей. Когда я об этом думаю, то вспоминаю своего командира части по воспитательной работе. Хороший человек был. Когда я демобилизовался он на своем мотоцикле «Ява» довез меня до поезда. Говорит: «Если тебе, Билял, будет плохо, ты напиши, чем сможем, тем поможем. Если надо будет и денег соберем!» Представляете, человек всю жизнь прослужил в морфлоте и заработал лишь на мотоцикл. О большем он не мечтал, потому что в то время были другие жизненные ценности. Деньги не заслоняли все в жизни, как сейчас.

- Кстати, какие взаимоотношения были между моряками? Например, во время аварий ситуация в коллективе была напряженной, об этом рассказывается в американской версии фильма «К-19»

- Что вы! Никогда такого не было! Между нами были дружеские взаимоотношения. Выйдя в море, мы прекрасно осознавали, что малейшая ошибка одного из нас может привести к гибели всего экипажа. Поэтому работали слаженно, никаких конфликтных ситуаций не наблюдалось. А что касается фильма, то я не согласен с его режиссером-постановщиком. Слишком много событий в этой картине искажено. И во время аварии не было паники, которую показывают. Многие не осознавали тогда что происходит и вели себя невероятно спокойно.

- Как сейчас живется бывшему подводнику, чье имя занесено в книгу Почета подводников ВМФ СССР? 

- Для того, чтобы подтвердить непосредственное участие в ликвидации радиационной аварии на ядерных установках мне потребовалось 6 лет. В нашем военкомате не верили тому что я рассказывал. Эти люди не испытали на себе того, что пришлось испытать мне и моим товарищам. Поэтому они мыслят совершенно по-иному. Из министерства обороны Российской Федерации тоже приходил огорчивший меня ответ. В письме было сказано, что межпарламентского соглашения по сотрудничеству между Россией и Казахстаном по выявлению участников ликвидации радиационных аварий на военных объектах СССР до настоящего времени нет. Долгое время мне пришлось собирать сотни бумаг, писать десятки писем в различные инстанции, где не всегда меня понимали и поддерживали. Но справедливости я все же добился. Теперь я являюсь лицом, приравненным по льготам и гарантиям к участникам ВОВ. Сейчас получаю пенсию и пособие. На жизнь не жалуюсь. Воспитал 4 детей, на сегодняшний день у меня 7 внуков…

- Внукам-то рассказываете о своей героической службе?

- Два года назад за заслуги перед государством меня наградили грамотой президента РК Нусултана Назарбаева. Так вот, мои дети и внуки сделали десятки копий этого документа. Внучата даже в школе его показывали и рассказывали, что их аташка – герой! В советские времена запрещалось говорить об этом публично. Теперь у наших потомков есть возможность узнать, что их деды казахстанцы принимали самое активное участие в становлении Советского атомного подводного флота и служили едва ли не на первых в мире атомных ракетоносцах. В общем, внукам можно не краснеть за своих дедов. 

Олеся БАБЧЕНКО
3 августа 2006 г.
Печатается с разрешения редакции.
При перепечатке материала, ссылка на газету "Наше дело" обязательна.

Все городские новости, публикуемые на нашем сайте вы можете прочитать в архиве, где собрана информация о жизни города с 1999 года.



Архив новостей за 2006г. , 2007г. , 2007г.
25.12.2006 г.
21.12.2006 г.
20.12.2006 г.
08.12.2006 г.
08.12.2006 г.
07.12.2006 г.
04.12.2006 г.
02.12.2006 г.
01.12.2006 г.
01.12.2006 г.
30.11.2006 г.
30.11.2006 г.
29.11.2006 г.
29.11.2006 г.
09.11.2006 г.
06.11.2006 г.
06.12.2006 г.
06.11.2006 г.
03.11.2006 г.
02.11.2006 г.
02.11.2006 г.
02.11.2006 г.
27.10.2006 г.
25.10.2006 г.
24.10.2006 г.
24.10.2006 г.
18.10.2006 г.
13.09.2006 г.
13.09.2006 г.
13.09.2006 г.
08.09.2006 г.
07.09.2006 г.
07.09.2006 г.
07.09.2006 г.
06.09.2006 г.
11.08.2006 г.
10.08.2006 г.
10.08.2006 г.
09.08.2006 г.
08.08.2006 г.
03.08.2006 г.
03.08.2006 г.
03.08.2006 г.
04.08.2006 г.
03.08.2006 г.
03.08.2006 г.
27.07.2006 г.
27.07.2006 г.
27.07.2006 г.
27.07.2006 г.
21.07.2006 г.
20.07.2006 г.
20.07.2006 г.
20.07.2006 г.
20.07.2006 г.
19.07.2006 г.
13.07.2006 г.
13.07.2006 г.
13.07.2006 г.
13.07.2006 г.
13.07.2006 г.
06.07.2006 г.
06.07.2006 г.


Copyright © Semey Net.  All rights reserved.

 

РЕКЛАМА